СПЕЦПРОЕКТ star wars
За что хвалили и ругали «Эпизод IV: Новая надежда»
Советская пресса наносит ответный удар
Бессмысленно повторять, что «Звездные войны» — самая влиятельная и популярная кинофраншиза современности. Достаточно напомнить, что в этом году космическое фэнтези Джорджа Лукаса отпраздновало 40-летний юбилей. И пока «Последние джедаи» зависли в необычной дихотомии — на Metacritic у ленты высокая оценка критиков и рекордно низкий зрительский рейтинг, вспоминаем впечатления журналистов от дебютного фильма «Звездных войн».
Обозреватель The New York Times Винсент Кэнби не поскупился на похвалу «Новой надежде», заявив, что фильм легко соберет преданную фанатскую базу среди любителей комиксов. Особого внимания удостоилась тема сюжетных и стилистических заимствований, которыми умело распорядился Джордж Лукас:
«Звездные войны» — самый сложный, самый дорогой, самый красивый из сделанных киносериалов. Это одновременно и апофеоз шоу «Флэш Гордон» и его остроумная критика, которая напичкана ассоциациями с разнообразной и, по-другому не скажешь, эклектичной литературой: тут есть «Камо Грядеши», Бак Роджерс, Айвенго, Супермен, «Волшебник страны Оз», Евангелие от Матфея, легенда о Короле Артуре и рыцарях Круглого стола.
Винсент Кэнби, The New York Times (26 мая, 1977)
При этом Кэнби называет главной звездой проекта продакшн-дизайнера Джона Барри, а также команду, ответственную за работу над спецэффектами.

Кинокритик Роджер Эберт в рецензии для Chicago Sun-Times тоже не избежал перечисления классических произведений и мифологических сюжетов, которые легли в основу космической эпопеи Лукаса. Кроме того, он поспешил заверить, что картина так увлекательна не только благодаря новаторским визуальным решениям. По мнению Эберта, качественные спецэффекты делали и раньше («Молчаливый бег», «Бегство Логана»), а секрет «Звездных войн» в другом.

Главным преимуществом фильма Эберт назвал простоту и силу истории:

Картина опирается на силу нарратива, в самом простом среди известных человечеству виде, истории путешествия. Все лучшие сказки нашего детства не обходятся без героев, которым пришлось путешествовать по опасным дорогам в надежде отыскать сокровище или заслужить признание в конце пути. В «Звездных война» Джордж Лукас переносит эту простую и мощную формулу в космос — это вдохновляющий эксперимент. Ведь у нас больше нет земной карты, где было бы написано: «Вот тут живут драконы». Мы не можем вывалиться за границы мира, как это сделал Колумб, и нам не стоит надеяться на обнаружение новых континентов, доисторических монстров или потерянных племен, которыми правят бессмертные боги. Не на Земле, по крайней мере. Но в космосе возможно что угодно и Лукас движется прямиком туда, показывая нам практически все из этого списка.
Роджер Эберт, Chicago Sun-Times (1 января, 1977)
Стоит отметить, что после просмотра обновленной версии 1999 года, Эберт внес «Звездные войны» в личный пантеон лучших фильмов, которые будут широко известны даже через пару столетий, наряду с «2001: Космическая одиссея», «Волшебником страны Оз» и «Касабланкой».

Рон Пеннингтон из The Hollywood Reporter тоже предсказал классический статус «Новой надежды» сразу же после выхода ленты в кинотеатрах. Его внимание привлекла актерская игра и качество сценария, которые усилили впечатление от проработанного научно-фантастического сеттинга:

Лукас совмещает отличную комедию и драму, а затем развивает их с помощью красивого экшна на фоне невероятно эффектных космических сражений. Привлекательные герои на благородной миссии и презренные злодеи, способные на самые подлые поступки — все они окружены одними из наиболее впечатляющих спецэффектов из когда-либо показанных на большом экране. Результат получился захватывающим и безоговорочно увлекательным на всех уровнях.
Рон Пеннингтон, The Hollywood Reporter (1977)
Одним из немногих сдержанных критиков фильма в США оказался обзорщик The Wall Street Journal Джон Гулд Бойум. Он сразу ставит в укор фильму стилистику и тематику, которая восходит к научно-фантастическим сериалам и, что якобы еще хуже, комиксам того времени. Бойум не уклоняется от похвалы исполнительной команде фильма, а также отмечает схожесть сюжетных элементов с вестернами. Однако после короткого пересказа истории переходит к более резким замечаниям:
Сюжет тут — не главное, как и персонажи с их репликами. Хорошие парни просто хорошие, плохиши просто злые. Диалоги, хотя и не заключены в комиксовых «облачках», следовало бы показать именно так. (Обращение Леи к Таркину после попадания в плен: «Думаю, я узнала ваше зловоние как только ступила на борт»). Главное в фильме — экшн, незамутненный и простой.
Джон Гулд Бойум, The Wall Street Journal (6 июня, 1977)
Однако ключевой претензией Бойума всё-таки осталось обращение к комикс-культуре и «детская» тематика «Новой надежды»:
Есть в этом что-то депрессивное: впечатляющие кинематографические дары и технологическое сопровождение истратили на такой ребяческий материал. И возможно более важно, чего этим пытаются достичь: канонизации культуры комикс-книг, которая станет триумфом стандартизированных, упрощенных, массовых и коммерческих артефактов нашего времени. Это триумф для лагеря людей, которые восхищаются ужасным просто потому, что оно ужасно.

Нам нравились подобные вещи в детстве, но ведь кто-то должен задуматься, что пришло время убрать старые игрушки. Наша культура, кажется, увязла в знакомой и цепкой ностальгии о прошлом. Критик Дуайт МакДональд когда-то отметил, что Питер Пэн стал бы лучшим символом Америки, чем Дядя Сэм. Его слова никогда не выглядели так правдиво.

Джон Гулд Бойум, The Wall Street Journal (6 июня, 1977)
Невероятный успех и кинематографическая значимость «Звездных войн» заставила написать о фильме и советскую прессу. Поскольку в прокат первая часть вышла лишь к 1990 году, кинокритики из СССР имели немало времени на обстоятельный анализ картины. Их отзывы можно соотнести между собой по разгромности — самые жесткие (и слабые по фактуре) рецензии выходили первыми, более снисходительные дебютировали к моменту, когда весь мир уже завершил просмотр оригинальной трилогии, а Союз готовился развалиться вслед за галактической Империей.

Юлия Варшавская, колумнист журнала «Литературная газета» написала о ленте Лукаса в 1977 году. В статье «Космические кинокомиксы» она поставила приключения Люка и Леи в длинный список ужасов, которые терроризировали американского зрителя того времени:

Нынешним летом американские кинотеатры захлестнула новая волна «кинопсихоза». По сообщению печати, фильм американского режиссера Джорджа Люкаса «Война звезд» побивает все рекорды кассовых сборов.<...> Итак, на смену «нечистой силе», массовым катастрофам и гигантским акулам на американский экран пришли ужасы поистине космического масштаба — чудовищные тираны, терроризирующие нашу Галактику. Борьбу с ними ведут герои фильма — некая круглолицая принцесса, деревенский юноша, старый рыцарь Круглого стола, человек-обезьяна и два робота. Один из них, громадный позолоченный робот Трипио, наделен человеческой речью, другой, Арту-Дету, похож на автомобиль и изъясняется «звездными» сигналами…

Для пущего устрашения обывателя создатели фильма пускают в ход самое совершенное оружие — лазерный луч, которым герои картины сражаются, как рапирой. На экране то и дело возникают кошмарные чудовища: человек-ящерица, гномы без лиц, живая мумия, голова которой усеяна резиновыми трубками, фантастические животные.

<...> Массовый зритель охотно «клюет» на подобные образчики «искусства», чтобы потом, выйдя из зала, почувствовать, что за его пределами все-таки спокойнее.

Юлия Варшавская, «Литературная газета» (1977)
Советский журналист Мэлор (ничего особенного) Струа в 1978 обошелся без гневной критики, но писал о противоречиях, которые поставила первая часть перед Джорджем Лукасом.
[Джордж Лукас] не первый и, видимо, не последний из тех западных кинематографистов, которые пытаются убить одним выстрелом двух зайцев или, точнее, жить в двух измерениях: делать кассовые, коммерческие ленты и с их помощью финансировать серьезные фильмы. Но тот, кто вступает в сделку с Мефистофелем, вынужден продать ему свою душу. <...> Невозможно ставить порнографические фильмы, а затем оплачивать ими картины о большой любви. Невозможно ставить человеконенавистнические фильмы, а затем оплачивать ими картины о гуманизме. Невозможно потому, что создателя, пытающегося даже из лучших побуждений играть на нескольких досках, настигает творческая эрозия, его талант разъедает цинизм, его слово теряет вес, а он сам — моральный кредит у зрителя. <...> Джордж Лукас хорошо осознает опасность, которая подстерегает его на пути к заветным цементным плитам голливудского «Китайского театра». Недаром он решил отстраниться как режиссер от работы над новыми сериями «Войны звезд». «Войны звезд 2» будет ставить Ирвин Кершнер, а сам Лукас, «если все будет о'кэй», как он замечает с иронической улыбкой, вернется к галактической теме лишь на десятой серии, то есть через двадцать с лишним лет, во все том же символическом 2001 году.
Мэлор Струа, «Литературная газета» (1978)
Переосмысления в советской прессе «Новой надежде» пришлось ждать до середины 80-х, когда о картине заговорили с претензией на анализ. Хотя без критики западного образа жизни не обходилось и в таких случаях. Вот, например, какие выводы сделал Владимир (мы не упали на клавиатуру) Евтихианович Баскаков в статье для журнала «В ритме времени» в 1983 году:
Было бы натяжкой вычитывать буквально тот или иной политический смысл в этом в полном смысле слова «сказочном» фильме. Скорее, политический смысл носит само функционирование «Звездных войн» и подобных лент в системе воздействия произведений буржуазной «массовой культуры» на многомиллионную зрительскую аудиторию. <...> Причина все та же — отвлечь зрителей от тяжелых раздумий о мире, их окружающем, <...> увести человека, живущего в обстановке экономического и духовного кризиса, в выдуманный мир.
Владимир Евтихианович Баскаков, «В ритме времени» (1983)
Одним из первых по-настоящему позитивных отзывов на «Звездные войны» можно считать текст Владимира Гакова в сборнике «Четыре путешествия на машине времени: научная фантастика и ее предвидения», опубликованном в 1983 году:
Сколько всего написали о фильме «Звездные войны» режиссера Джорджа Лукаса! Фильм обвиняли в пропаганде жестокости и насилия, а приглядевшись, сообразили, что страсти кипят вокруг самой что ни на есть детской сказки. В которой эдакий Джонушка-дурачок освобождает принцессу, защитницу угнетенных, из лап злодея Кощея, а помогает молодой паре совсем уж типичный добрый волшебник. <...> Смотришь это и вспоминаешь читаные-перечитаные «Три мушкетера». Там тоже дрались отчаянно, и трупов было вволю, но никто же не обвинит французского писателя в пропаганде насилия.
Владимир Гаков, сборник «Четыре путешествия на машине времени: научная фантастика и ее предвидения» (1983)
Окончательно же приняли фильм Джорджа Лукаса лишь в 1991 году, после дебюта в советских кинотеатрах на правах «галактического вестерна». Убедиться в этом можно по публикации журнала «Экран детям»:
Вот уж действительно лучше поздно, чем никогда. Пятнадцать лет назад американский режиссер Джордж Лукас снял фильм, который взбудоражил миллионы зрителей, а сегодня он прибыл наконец к нам. Знаменитые «Звездные войны». Фантастические «Звездные войны». Невероятные «Звездные войны». С космическими пиратами, роботами, астронавтами, чудовищами. С суперэффектами, головокружительными трюками, приводившими в изумление даже искушенных по этой части кинематографистов и зрителей. С извечной борьбой Добра и Зла даже там, в межгалактических просторах.
— Журнал «Экран детям» (1991)
К слову, отдельного внимания заслуживают четыре официальные афиши, созданные художниками студии Горького, где записывали дубляж ленты. Судя по всему, творцов к просмотру «Новой надежды» так и не допустили — угадать кого-то из персонажей оригинального фильма не получается.
Made on
Tilda